Дрова трещали в руках, пахло дымом и домом. Никита заносил их в дом, как делал уже сотни раз. Обычный день, обычная жизнь. И вдруг…резкая боль в спине. Такая, что перехватывает дыхание. Тогда никто ещё не знал, что это начало совсем другой истории.

Через несколько дней: больница, анализы, слова, которые не укладываются в голове: Острый лимфобластный лейкоз. Никите тогда было всего 16. Но если попробовать представить Никиту не через диагноз, он совсем другой. Энергичный, открытый, очень чуткий. Тот, кто всегда придёт на помощь и никогда не откажет. Он жил спортом, футболом. Не просто играл, а помогал тренеру, занимался с младшими группами.
И даже когда он уже оказался в больнице, тренер пришёл к нему и сказал:
«Вылечишься — я возьму тебя на работу».

Никита любит собирать большое, сложное лего: корабли, машины, особенно гоночные. Такие, где важна каждая деталь. Как будто он и свою жизнь сейчас собирает заново, по частям. С этого дня всё изменилось. Химиотерапия, осложнения, долгие недели в больнице. Он долго не вставал, а когда врачи разрешили — не смог. Мышцы ослабли. Учиться ходить пришлось заново. Мама всё время рядом. Держит за руку, помогает, верит за двоих. Казалось, что самое страшное уже позади. Но в ноябре болезнь вернулась.
Рецидив.

Никиту перевели в НМИЦ онкологии имени Н. Н. Петрова. Сильная химия, иммунотерапия, ожидание. И, наконец, шанс — трансплантация костного мозга. Но иногда даже после этого пути испытания не заканчиваются. Через несколько дней стало резко хуже. Сепсис. Пневмония. Отказ почек. Реанимация. Потом снова. И ещё раз…

За три недели — три раза в реанимации.

Врачи говорили: «Третий раз и не выходят». Но он вышел. Сейчас Никита снова борется. Его ввели в искусственную кому. И даже здесь есть маленькие победы: чуть лучше анализы, стабильнее состояние. Даже просто выйти на улицу для него уже победа. Но появился ещё один тяжёлый удар — веноокклюзионная болезнь печени.

Это осложнение развивается стремительно: мелкие сосуды печени «закрываются», орган перестаёт справляться. Счёт идёт на дни. Есть препарат, который может остановить этот процесс — Дефибротид. Он не зарегистрирован в России, его сложно найти, и он один из самых дорогих. О нём говорят как о последнем шансе. Как о препарате, который может спасти, когда почти ничего уже не помогает.

У Никиты нет папы, он погиб на СВО. Мама рядом одна. Она оставила работу, потому что должна быть с сыном. Каждый день в больнице, рядом, несмотря ни на что. И сейчас у них нет времени ждать.

Никите нужен Дефибротид. Срочно. Это очень страшно остаться одной. А про то, как лечить, как терять детей лучше и вовсе не знать...

Идет страшный бой за жизнь, Люди-маяки, это возможность пережить осложнение, восстановиться и вернуться к жизни!
К футболу.
К тем самым ребятам, которых он тренировал.
К своей мечте.

Сейчас Никита на грани, но мы продолжаем верить, у него есть, хоть небольшой, но шанс, и он должен им воспользоваться.

Пожалуйста, давайте поможем мальчику справиться. Иногда жизнь держится на очень тонкой грани. И иногда её можно удержать, но только вместе. И без вас здесь никак…